Как бы ни было печально, но у каждой эпохи бывает конец, и вот теперь мне совершенно четко представляется, что золотая эпоха пластической хирургии заканчивается. Причина — монетизация профессии, доведенная до абсолюта.
Рынок эстетической медицины перестал быть конкурентным, но стал перенасыщенным. То, что сегодня мы наблюдаем, вполне вписывается в стандартные законы микроэкономики: предложение опережает спрос. За счет чего наблюдается серьезный демпинг цен и снижение среднерыночной стоимости услуги? Прямым следствием данного процесса с большой вероятностью станет снижение качества оказываемых услуг. Самое чудовищное, что в профессиональной среде все же не принято говорить о медицине, используя термин «услуги», но ввиду происходящего иначе не скажешь. А жаль! Досаду вызывает то, что пластический хирург низводится до уровня «обслуживающего персонала» и в этом контексте неудивительно, что активно процветает серый рынок как в области косметологии, так и пластической хирургии. Лучший пример — нашумевший кейс с бывшим курьером одной из компаний-дистрибьютеров филлеров. Имея техническое образование, курьер проводит обучающие мастер-классы по косметологии, а также мини-операции, на которых пациенты курят, а врачи используют канцелярские ножницы. Чудовищно не то, что он творит, а то, что есть женщины, которые соглашаются это делать, и «врачи», которые намерены этому обучиться, вступают в закрытые группы. Спрос на «дешевую» красоту рождает предложение, но удивляет то, что законодательно такого рода «предложение» никак не регулируется и не преследуется. Более того, порой жажда заработать становится сильнее ответственности, и в операционную допускаются специалисты, которые не обладают должным образованием. А на сайте обозначены, например, как «специалист по телу», хотя на деле этот «специалист» проводит операции под наркозом… Впрочем, осуждать собственников сложно, так как если «people хавает», то почему его не «кормить»?Вероятно, весь секрет в собственной системе координат, которая есть у каждого отдельно взятого специалиста. Мне очень повезло, так как я застала расцвет российской пластической хирургии, пришедшийся на время, когда ярко горела звезда моего папы. В то время хирург был врачом в первую очередь и лишь начинал обладать некой медийной составляющей, которая придавала ему популярности. Еще какие-то 20 лет назад не было «Инстаграма», раскрывшего двери операционных и процедурных, люди верили в то, что говорят по телевидению и пишут в журналах, не было проплаченных премий с титулами; пластическая хирургия не была шоу, но носила рекомендательный характер, а врач передавался из рук в руки. Я горжусь тем, что знакома с такими людьми, как Леонид Леонидович Павлюченко, Александр Иванович Неробеев, Игорь Александрович Вульф, Ирина Эдуардовна Хрусталева… И с прискорбием могу констатировать тот факт, что большинство практикующих хирургов сегодня в возрасте от 28 до 32 лет даже не знают имена учителей, которые почти за 50 лет практического опыта накопили те знания, которые приводят к преемственности в медицине.
Моя недавняя встреча с Ириной Эдуардовной Хрусталевой окончательно убедила меня в мысли, что академичность в области пластической хирургии фактически канула в Лету. Сегодня не существует той обучающей базы для пластических хирургов, которая была на заре становления этой профессии в СССР. Мало кто отдает себе отчет в том, что эстетическая пластическая хирургия в основе своей является модернизированной и направленной на решение иного спектра проблем реконструктивной пластической хирургией. Более того, многие молодые специалисты становятся к операционному столу, ловко пропустив этап ассистенций. Это неминуемо может привести к самым трагическим последствиям. Только наблюдая за работой старших товарищей, можно не просто овладеть ремеслом, но развить способность к вариативному мышлению во время операции. А это приравнивается к умению нестандартно мыслить и быстро принимать решения в ходе появления осложнений в течение операции, что абсолютно ожидаемо и допустимо в хирургии. Ирина Эдуардовна рассказала, что каждый год отбирает не более пяти курсантов на специальность «пластический хирург» в медицинском институте Санкт-Петербурга. Она считает, что «физически невозможно единовременно обучить большее число врачей».
Игорь Александрович Вульф рассказал мне, что в его клинике любой молодой хирург первые пять лет стоит исключительно на ассистенциях. Пока он не наберет достаточно знаний для самостоятельной работы, ему не позволено сделать ни одного разреза и шва. Более того, не так уж и просто попасть в ассистенты к уважающим себя хирургам, так как любой ученик хорошего учителя будет без устали эксплуатировать имя мэтра. И в случае недобросовестно проведенных операций такие упоминания могут опорочить имя наставника. Потому отбор всегда идет довольно жесткий, так как ни один заслуживший себе место на Олимпе не поступится им ради молодого орла. Именно поэтому нелишним на консультации будет спросить у хирурга с 50 000 последователей в Instagram, кто его учителя, а для собственного спокойствия еще и удостовериться в том, что это правда, так как самородки в медицине — явление сомнительное.
Все, что я пишу, выглядит довольно скучно и консервативно. Но медицина в целом — наука консервативная, и познания о человеческом теле в ходе прогресса становятся больше и шире. При этом у нас не появилась третья рука или второй нос, потому базовые знания чрезвычайно важны, причем даже в разрезе ценности человеческой жизни. Если бы пациенты понимали, что могут попасть в больницу не потому, что им просто некрасиво сделают операцию, а потому что хирург банально способен пропустить начало воспалительного процесса или не справиться с возникшими осложнениями в реабилитационном периоде, то, вероятно, более аккуратно прислушались бы к моим словам. Одно дело, когда вы покупаете майку с маркировкой Gucci, отшитую на подпольных фабриках Китая, и совсем другое дело — ваша собственная грудь. Очень страшно пропустить именно осложнения со стороны здоровья у пациента. Не имея врачебного опыта и прямой коммуникации с коллегами, врач, к сожалению, может не распознать тревожных признаков. И это еще одна причина, по которой молодым специалистам стоит все же выбирать наставника и проходить обучение у него.
Превращение человеческого тела в объект рыночной экономики негуманно и не отвечает базовым принципам развития человечества. Обесценивает природу и божественное происхождение, оно делает нас рабами social media и торжествует победу искусственного интеллекта над человеческим. А все потому, что намазанные вазелином тела в операционной и снятые на телефон с помощью селфи-палки лично мне напоминают куриные окорочка, которые «гримируют» техническим маслом для аппетитной съемки меню ресторана быстрого питания. Люди такого уровня, как Хрусталева и Вульф, не считают позволительными и допустимыми прямые эфиры из операционной и порнопосты с демонстрацией результатов операций. Но, с другой стороны, те, кто это практикуют, по сравнению с этими мастодонтами — лилипуты рядом с Гулливером.
Папа в детстве четко объяснил мне, что есть очень важный принцип в жизни, которому обязательно надо следовать: «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку». Далее понимайте в меру глубины собственных аналитических способностей! Удачи. И God Save The Plastic Surgery.
