Анестезия дала многим из нас как минимум психологический комфорт в операционной и как максимум — шанс на спасение. Но при слове «наркоз» у большинства возникают опасения и страхи. Мы собрали самые популярные из них и узнали, что правда, а что ложь.
Татьяна Павлова, врач — анестезиолог-реаниматолог, к. м. н., основатель независимого медицинского агентства medhelp911.ru
Говорят: после анестезии часто бывают галлюцинации.
На самом деле: галлюцинаторный синдром встречается довольно часто. Некоторые препараты специфически воздействуют на центральную нервную систему (чаще всего речь идет о применении кетамина). Кроме того, можно говорить об «играх разума»: погружение в наркоз происходит в результате постепенного распространения торможения по структурам головного мозга, а выход из этого состояния, наоборот, в результате постепенной активации подкорковых структур и коры полушарий. Поэтому еще до полного восстановления сознания могут быть запечатлены зрительные и слуховые образы.
Говорят: после анестезии тяжелая реабилитация.
На самом деле: да, выход из наркоза может быть действительно дискомфортным для пациента. Это зависит от нескольких причин: во-первых, на процесс влияют применяемые для наркоза препараты. Также имеет значение доза каждого препарата и их комбинация. Кроме того, важна индивидуальная переносимость лекарственных средств.
Говорят: можно проснуться во время операции.
На самом деле: такое возможно только при отсутствии должного мониторинга за уровнем угнетения сознания. Однако не всегда такое пробуждение опасно для пациента. В большинстве случаев своевременные действия анестезиологической бригады быстро возвращают необходимую стадию наркоза. Пациент может даже и не вспомнить об этом эпизоде. А может и вспоминать, но при этом четко свидетельствовать, что не ощущал ни боли, ни какого-то иного физического дискомфорта.
К сожалению, бывают случаи и полного пробуждения с острой реакцией на боль и даже с ощущением полной беспомощности, страха и паники вследствие невозможности самостоятельно двигаться, дышать, произносить звуки и, таким образом, сигнализировать врачам о своем страдании в этот момент. Такие истории — серьезный репутационный провал.
Говорят: местная анестезия менее опасна, чем общий наркоз.
На самом деле: все виды регионарной (местной) анестезии имеют безусловное предпочтение перед общим наркозом. При этом раствор местного анестетика разливается в области расположения нервных стволов, а не вводится в нервное волокно (оно при таком ошибочном варианте введения может погибнуть). Местная анестезия всегда менее токсична и менее опасна, но абсолютного ничего не бывает. Поэтому применять местную анестезию должны только врачи, овладевшие методикой в процессе профессионального обучения. Иначе могут развиться и неврологические, и сердечно-сосудистые, и гнойно-септические осложнения, да и аллергию никто не отменял.
Восстановление чувствительности во время проведения операции под местной (регионарной) анестезией тоже возможно. Это может произойти по двум причинам: либо время операции превзошло прогнозируемый период, либо у пациента препарат работает индивидуально (время связывания вещества с нервными клетками укорочено по разным причинам). Причем чувствительность может восстановиться как полностью, так и частично, например, прикосновения ощущаются, а боль еще не беспокоит. В ряде случаев есть возможность добавления раствора местного анестетика (либо повторная инфильтрация тканей в зоне необходимой блокады, либо использование специальных катетеров, чаще — эпидуральных).
Говорят: хорошая анестезия — это дорогая анестезия.
На самом деле: не совсем справедливое рассуждение. В любой клинике, имеющей лицензию на медицинскую деятельность по профилю «анестезиология-реаниматология», можно провести качественное анестезиологическое пособие. И если выбирать между препаратами, то одно и то же действующее вещество может быть разлито в ампулы и флаконы разными производителями на разных фармзаводах. Стоимость будет определяться исключительно коммерческими интересами производителей и дистрибьюторов, но не фармакологическими характеристиками препарата. Скорее, качество анестезии зависит от профессионализма врача — анестезиолога-реаниматолога.
Говорят: анестетики повреждают клетки головного мозга.
На самом деле: прямой гибели нейронов головного мозга препараты для наркоза не вызывают. А вот опосредованная гибель нервных клеток возможна вследствие осложнений как наркоза, так и хирургической операции. Главная причина этого — гипоксия. Говоря простым для пациента языком, это недостаток кислорода, необходимого для жизнедеятельности всех биологических объектов. Гипоксия может возникнуть вследствие и кровопотери, и резкого снижения артериального давления, и острого инфаркта миокарда, и нарушения проходимости дыхательных путей, и многих других причин.
Говорят: только один наркоз считается безвредным — ингаляционный ксеноновый.
На самом деле: ксенон действительно сейчас вызывает огромный интерес в научном мире. Именно благодаря химической инертности оценен его «потенциал безопасности». Пока этот газ показал преимущества перед распространенным во всем мире средством для наркоза — закисью азота. Однако сравнительных исследований, доказывающих его абсолютные преимущества перед современными галогенсодержащими ингаляционными анестетиками (севофлуран, десфлуран), на сегодняшний день нет.
Вообще, трудно выделить что-то из внутривенных и ингаляционных анестетиков, они хороши сами по себе. Важно, чтобы врач — анестезиолог-реаниматолог владел методикой их применения.
Говорят: для успешного наркоза требуется внушительный список анализов.
На самом деле: это уже на уровне заученного стихотворения: общий клинический анализ крови, общий клинический анализ мочи, биохимия крови, свертываемость крови, определение маркеров инфекций (ВИЧ, вирусные гепатиты В и С, сифилис), группа крови и резус-фактор, ЭКГ, рентген органов грудной клетки, заключение терапевта о наличии/отсутствии хронических заболеваний и режиме ведения этих заболеваний в периоперационном периоде (гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, сахарный диабет, нарушения ритма сердца, бронхиальная астма и многие другие заболевания в периоперационном периоде имеют особенности лекарственной терапии и режима питания). При наличии сложной патологии могут потребоваться данные дополнительных лабораторно-инструментальных исследований.
