С балериной и актрисой мы беседовали вскоре после окончания ММКФ‚ где ей досталась почетная роль ведущей. Устав от фестивальной суеты‚ Софья радовалась возможности посвятить несколько часов уходу за собой в комфортной атмосфере института красоты‚ А в перерывах между спа с удовольствием отвечала на мои вопросы о балете‚ киноработах и секретах семейного счастья.
Большая часть картин, где снимается актриса, — американские. Вот и на Московском международном кинофестивале Софья представила новую работу — главную роль в картине Роберта Кромби «Белый лебедь». Конечно же, наш разговор начался с обсуждения премьеры…
Екатерина Фадеева («Красота & здоровье»): Вы были не только гостьей ММКФ, но и соведущей церемонии открытия. Поделитесь впечатлениями!
Софья Аржаковская: Официальные церемонии всегда содержат элементы яркого шоу. И ММКФ — не исключение. По сценарию я должна была выйти на сцену в образе Наташи Ростовой — это было незабываемо! Особенно с таким партнером, как мой соведущий Кристиан Слейтер. Очень яркий и остроумный человек и замечательный актер. Когда мы познакомились на съемках «Белого лебедя», я пообещала ему когда-нибудь устроить экскурсию по Москве. На фестивале он напомнил мне о том разговоре, и я стала его гидом по столице. (Улыбается.)
«К&З»: Правда ли, что на съемках «Белого лебедя» вам удалось получить первый режиссерский опыт?
С. А.: Откуда вы узнали? (Смеется.) Когда отснятый материал был готов, продюсер картины решил, что получившаяся версия не будет коммерчески перспективной. Тогда я взяла инициативу в свои руки — предложила съемочной группе доснять 20-минутный эпизод и перемонтировать картину. Знаете, что интересно? Реализовать задумку оказалось проще, чем убедить коллег это сделать. Но я настояла на своем — и справилась!
«К&З»: Похоже, целеустремленность — в вашем характере. Вы с детства такая решительная?
С. А.: Да, если что-то решу — добиваюсь обязательно.
Я и в балетную школу сама записалась, и впоследствии в 12 лет переехала из родного Петербурга в Уфу, в балетное училище имени Нуриева.
«К&З»: Для домашней девочки это отважный шаг…
С. А.: Я ехала не совсем в чужой город. В уфимском театре в то время работала моя бабушка. После занятий в училище, когда все девочки возвращались в свои комнаты, я убегала из общежития, и мы с бабушкой шли слушать оперу… Даже не знаю, как при строгости местных порядков такое сходило мне с рук. (Улыбается.)
«К&З»: В 12 лет начать жить самостоятельно, в чужом городе, даже под присмотром бабушки, непросто…
С. А.: Конечно, возникали бытовые трудности. Особенно когда я уже стала старше. Мой бюджет порой составлял 100 рублей в неделю, а хотелось и новое платье купить, и прическу сделать... Тогда я и поняла, что выглядеть достойно и ухоженно — не вопрос финансов, а ежедневный труд. Красота — большая ответственность и серьезная работа. Я следила за собой и, как потом выяснилось, производила на однокурсников впечатление девушки, живущей в достатке. (Смеется.)
«К&З»: Балет — это в первую очередь искусство преодоления. Что вам давалось сложнее всего?
С. А.:
В плане техники — прыжки. Тебя роняют — ты поднимаешься. И так много раз подряд…
Но главный враг балерины не физическая боль и не травмы, а ее собственная гордыня. Важно вовремя понять, что в балете никому нет дела до твоего характера. У станка все равны — и прима, и артистка кордебалета. Каждая работает на пределе сил.
«К&З»: Говорят, что балетная карьера и семейная жизнь практически несовместимы. А вы, похоже, исключение…
С. А.: Да, ко мне этот стереотип точно не относится. (Смеется.) Мой супруг — бизнесмен, и из нас двоих у него гораздо более плотный график. Настолько, что в Москве нам не так часто удается побыть вдвоем — это «город для работы». Зато на отдыхе ни на минуту не расстаемся.
«К&З»: Как вы попали в Голливуд?
С. А.: Американские кинопродюсеры обратили на меня внимание во время церемонии чествования «Мисс Америка», где я участвовала в танцевальном номере. Начались переговоры, стали поступать предложения эпизодических ролей, и я решила попробовать. Снималась и параллельно училась в актерской школе Джоан Барон.
«К&З»: Актерское образование вы получали в США, но ведь даже американцы признают, что российская школа — самая сильная…
С. А.:
Станиславский — это, конечно, наше все. Тем не менее даже его безупречная теория не может обойтись без практики. Голливуд силен именно этим. Там каждый преподаватель понимает и интерпретирует систему Станиславского по-своему. Например, страсбургская школа предполагает использование актером личного опыта. Лиза Мелило, знаменитый педагог из Лос-Анджелеса, преподает медитативную технику вхождения в роль… Плюс — огромное количество фильмов в производстве, а значит, и множество шансов на роли.
«К&З»: Съемки в Голливуде отличаются от кинопроцесса на российских студиях?
С. А.: В Голливуде время расписано по секундам, в России же творческий процесс предполагает определенную расслабленность. Вы приходите в трейлер и полчаса можете потратить на то, чтобы обсудить с гримером вашу новую диету или ее бойфренда, что абсолютно неконструктивно с точки зрения американцев. Но у нас другой менталитет — русскому человеку живое общение помогает настроиться на работу, снять стресс, войти в образ.
«К&З»: Российских актрис все чаще приглашают в Голливуд. Как думаете, это уже тенденция?
С. А.: Конечно! Мир тяготеет к глобализации, а наши соотечественники наконец-то заговорили на хорошем английском. Именно языковой барьер зачастую мешает русскоязычным актерам стать востребованными за пределами СНГ. Я, например, несколько лет занималась с педагогом, который тщательно корректировал мое произношение. Результат — в Нью-Йорке меня никто не принимает за иностранку, и с пробами нет проблем.
«К&З»: Трюки, которые вы исполняете в «Белом лебеде», сравнивают с работами актеров в «Матрице» и классических фильмах о кунг-фу. А в некоторых сценах ваша героиня Майя и вовсе демонстрирует приемы уникальной школы боевого искусства. Что это за техника?
С. А.: Это была моя идея. У хрупкой на вид балерины и на самом деле есть все карты на руках, чтобы защищаться. Например, у нас сильные, накачанные ноги, прекрасная растяжка, отличная реакция. Микс красивых па обычно складывается в узор танца, но вполне может стать и формой самообороны. (Улыбается.)
«К&З»: Я слышала, что для роли в «Белом лебеде» вы за месяц похудели на десять килограммов. Это так?
С. А.: Да, мне хотелось максимально приблизиться к образу моей героини — примы Мариинского театра. Чтобы войти в хорошую балетную форму, я помимо дополнительных занятий хореографией повысила и свою ежедневную фитнес-нагрузку, а еще — сократила калорийность рациона.
«К&З»: Каких принципов питания придерживаетесь?
С. А.: Я люблю поесть. И от жареной картошки не откажусь, и пирог с капустой собственного приготовления непременно и сама попробую. Единственное, что выполняю неукоснительно, — не ужинаю после шести вечера и пью не менее двух литров воды в день.
«К&З»: Вы сказали, что занимаетесь фитнесом каждый день. По какой программе?
С. А.: Разминка, час силовых нагрузок на тренажерах или кардиотренировка, затем полтора часа занятий у балетного станка. Еще люблю активный отдых на природе — с детства занимаюсь верховой ездой, недавно освоила кайтинг. И, конечно, пешие походы. Мы с мужем обожаем путешествовать вдвоем.
«К&З»: Где побывали прошедшим летом?
С. А.: Мы отправились в Карелию. Там потрясающие закаты, чистый воздух и ощущение, что остаешься с природой один на один. Жили на острове, в палатке... Волшебно!
«К&З»: Вы одерживали победы во многих конкурсах красоты и даже стали первой в истории россиянкой, получившей в 2006 году титул «Миссис мира». Что подтолкнуло к участию в таких проектах?
С. А.: Конкурсы заставляют держать планку, прибавляют уверенности в себе. Внешняя привлекательность должна дополнять внутреннюю красоту. Для меня красота — это поэзия Арсения Тарковского, Владимира Маяковского… Только это не означает, что, погрузившись в мир их стихов, надо перестать следить за собой.
«К&З»: Как ухаживаете за лицом?
С. А.: Предпочитаю натуральную hand-made косметику. Массаж кубиками фруктового льда по утрам, ломтики огурцов под глаза, если не удалось как следует выспаться, медовая маска или скраб — экспресс-минимум для восстановлении собственных ресурсов кожи.
«К&З»: Декоративной косметикой пользуетесь?
С. А.: Только для работы или официальных мероприятий. Мой повседневный макияж — немного румян и бальзам для губ.
«К&З»: Длинные, как у вас, волосы требуют ухода. Не возникало желания подстричься и кардинально сменить имидж?
С. А.: Нет, никогда. На мой взгляд, длинные волосы — это богатство, с которым не стоит расставаться. Они придают женщине особую сексуальность.Частые термоукладки отражаются на состоянии волос не лучшим образом. Чтобы они оставались блестящими и не секлись, делаю в салоне красоты уходы с грязями Мертвого моря и масляные маски.
«К&З»: После балетной тренировки приятно расслабиться в спа. Какие процедуры по телу любите?
С. А.: Массажи — спортивный, тайский, бамбуковыми палочками и точечный. Еще мне нравятся всевозможные обертывания, особенно шоколадное. А дома сама делаю медово-солевой скраб.
