Юмор может быть опасным оружием в руках озлобленного человека‚ но также позволяет нам поддерживать друг друга‚ проявлять доброту‚ тепло и доверие.
«Однажды у нас в семье произошел страшный конфуз. Моя подруга пришла к нам в гости и рассказала смешную историю: в какой-то знакомой семье ребенок часто слышал, что мама жаловалась на жадность свекра, который совсем не помогал их молодой семье. Когда мама с ребенком поехала к свекру в гости, наивный мальчик спросил у деда: «А где у тебя живет жаба?» Дед удивился, спросил, что за жаба, а ребенок уточнил: «Та, которая тебя душит»… Мы очень смеялись над этой историей и потом много раз о ней вспоминали. А теперь представьте ситуацию: наступил день рождения моей дочки, и к нам пришли в гости мои свекор со свекровью… В общем, нетрудно догадаться, о чем внучка спросила у дедушки... Мы тут же все объяснили — краснея и заикаясь, конечно, — и они все поняли, и в итоге все вместе посмеялись. В общем, денежные вопросы у нас с тех пор решаются легко и с юмором».
«Мне однажды пришлось присутствовать на особенно печальных поминках: умер совсем молодой парень, ему, кажется, и 30 лет не было. Мы когда‑то работали в одной компании. За столом собрались тогда только друзья и сослуживцы. Атмосфера была сперва похоронная в полном смысле этого слова. Но — вы не поверите — минут через 20 кто‑то стал рассказывать об умершем какую‑то историю из жизни… И подробности ее были просто невозможно смешные. Он работал фотографом, мы знали от него кучу смешных историй про его работу, в том числе со знаменитостями, которых он снимал. Короче, печальные посиделки плавно превратились в настоящий творческий вечер нашего Стаса. Его не было с нами, но мы смеялись и с удовольствием вспоминали о нем. Вообще, я замечаю, что люди часто смеются, когда речь идет о теме смерти, — наверное, это защитная реакция, можно понять. Но у нас это была тогда еще и возможность как бы продлить общение с нашим другом, и это было очень важно».
«Мой второй муж покорил меня своим остроумием: когда жизнь не радует, начинаешь ценить легкий характер в мужчине. Особенно после первого мужа, которого все мои подруги звали Собакевичем, он был надежный человек, но уж больно прямолинейный. А тут такой балагур — в общем, я влюбилась в его чувство юмора. Но стала замечать, что иногда после его шуток я буквально физически плохо себя чувствую: в горле появляется болезненный комок. Пропадает желание разговаривать, а это для нас вообще небывалая вещь. И однажды я ему все‑таки про это сказала. Он тут же пошутил: «Ежика проглотила?» Меня как током ударило, я ему крикнула: «Нельзя так шутить надо мной!» Его шутки иногда «царапали» меня, но у нас уже было принято, что шутить друг над другом — это нормально. Благодаря этому «ежику» я заметила, что не всегда готова смеяться над собой. Мне кажется, муж тоже стал как‑то аккуратнее использовать свое чувство юмора».
Комментирует психолог-консультант Анна Панфилова.
Только человек способен смеяться, чувствовать комизм происходящего — животным это не дано. Это качество имеет эволюционный смысл, то есть позволяет нам более удачно осваивать окружающую среду и строить отношения с себе подобными.
Вот, например, простой анекдот: «Зачем тебе повязка? — Голова болит. — А почему повязка на ноге? — Сползла». В эстрадной юмореске этот анекдот человек рассказывает приятелю, а тот не может взять в толк, как же повязка могла сползти. Как будто где‑то в голове у этого слушателя не хватило места, чтобы допустить такую невозможную ситуацию и расплыться в улыбке от удовольствия.
Смех да и только: какова целительная сила смеха
«Чувство юмора либо есть, либо нет», — иногда говорим мы, как Винни-Пух о меде, и измеряем количество или объем этого чувства. То есть представляем его себе как запас чего‑то или некое вместилище, которое может быть большего или меньшего размера. Например, когда мы слышим задевающую нас шутку, мы говорим: «Это уж слишком, мое чувство юмора не может этого вместить, его на это не хватает». Испытанием на запас юмора становятся так называемые черные комедии — фильмы, в которых смело шутят на темы рождения и смерти, отвращения и секса, старости и войны, то есть важнейших жизненных тем. Некоторые из подобных фильмов или мультсериалов способны расколоть компанию друзей, которая мирно устроится у телевизора: одни хохочут, другие в ужасе требуют выключить «эту гадость».
С психологической точки зрения предел, на котором чувство юмора у человека перестает работать, — это его самое уязвимое место, которое он и защищает. Поэтому если ваш супруг, ребенок или подруга выслушивают шутки с вытянутым лицом, это не повод хихикать над ними, а сигнал: будьте бережны, не настаивайте на том, что «это же так весело!», не расспрашивайте: «Да что это с тобой?!», вообще переведите разговор на другую тему, иначе рискуете еще сильнее ранить человека.
И все же именно смех способен стать последним спасательным кругом, когда ничто другое уже не спасает. Когда мы находимся в трудной ситуации и не можем на нее повлиять, нам так и хочется хотя бы мысленно из нее выскочить и сбросить напряжение. Юмор как раз помогает увидеть ситуацию со стороны и хотя бы немного расслабиться. Часто, находясь в напряженной атмосфере, люди, услышав чью‑то несмелую, тихую шутку, с радостью ее подхватывают и начинают шутить сами — над происходящим, над собой, над всем, что попадется на глаза или придет в голову. Это позволяет сбросить груз эмоциональной нагрузки, задышать полной грудью и набраться необходимых сил, чтобы жить дальше.
