Рабочий день Лео Антоновича Бокерии‚ академика РАМН‚ директора Научного центра сердечно-сосудистой хирургии имени А. Н. Бакулева‚ председателя комиcсии общественной палаты‚ расписан буквально по секундам. С раннего утра — операции на открытом сердце‚ вторая половина дня — административная и общественная работа. В таком напряженном графике‚ к моему удивлению‚ знаменитый кардиохирург быстро нашел время для интервью. Правда‚ первая наша встреча сорвалась из‑за экстренной операции на сердце. Но уже через два дня единственный российский врач‚ внесенный в список 100 лучших хирургов мира‚ президент Лиги здоровья нации гостеприимно встретил меня в своем рабочем кабинете.
Елена Смирнова: Лео Антонович, в активе Общероссийской общественной организации Лиги здоровья нации грандиозные проекты. Они нацелены не только на пропаганду, но и на практические результаты. Какие из них вы считаете наиболее значимыми?
Лео Бокерия: Важнейшая акция — «Прикоснись к сердцу ребенка». Впервые мы провели ее в конце 1999 года. В то время не было квот на высокотехнологичную медицинскую помощь, бюджет исполнялся не больше чем на 30 %, и люди не могли попасть на операцию. Но проблема была не только в недостаточном количестве средств — новорожденного с пороком сердца считали нежизнеспособным, и родители, особенно молодые, нередко отказывались от малыша еще в роддоме. Вот тогда возник, если хотите, призыв: «Прикоснись к сердцу ребенка». В прямом смысле это означает сделать операцию, а в переносном — убедить родителей, что своевременная помощь решает проблему болезни полностью. Ребенок становится абсолютно здоровым и так же, как его сверстники, может заниматься любым видом спорта без ограничений. Акции прошли в разных городах, в последние два года — в Калуге, Новосибирске, но самая запоминающаяся — в Грозном.
Е. С.: За которую вы удостоены высшей награды Чеченской Республики — ордена Кадырова…
Л. Б.: Да! (Улыбается.) В Чечне возникла такая ситуация: было получено 85 квот на высокотехнологичную медицинскую помощь, а детей, нуждающихся в срочной операции на сердце, 170. Я подсказал организовать всенародную акцию помощи. И вместе с нами президент Рамзан Кадыров провел шесть часов на стадионе, откуда велась прямая трансляция по местному радио и телевидению. За это время на счет акции поступило 36 млн рублей. И в течение нескольких месяцев все дети получили необходимую помощь. Таким образом проблема была решена.
Е. С.: Как к вашим идеям относятся общественные деятели, представители власти?
Л. Б.: Активное участие в решении важнейших проблем милосердия принимают авторитетные и уважаемые люди: А. Е. Карпов, И. Д. Кобзон, Г. Г. Онищенко, И. К. Роднина, В. А. Садовничий, В. А. Фетисов, Л. И. Швецова. В течение нескольких лет совместно с Научно-клиническим центром оториноларингологии Росздрава, центром «Микрохирургия глаза» Святослава Федорова, Научным центром здоровья детей РАМН, Московским НИИ педиатрии и детской хирургии мы проводим «Волну здоровья». В теплоходный рейс по городам России отправляются детские офтальмологи, отоларингологи, кардиологи, педиатры. Регион заранее извещаем о предстоящей акции, и отделы здравоохранения составляют списки детей, страдающих врожденными пороками сердца, нарушениями зрения и слуха, информируют население о дате прибытия теплохода. Во время стоянки врачи осматривают малышей, кому‑то оказывают помощь на месте, кого‑то приглашают в Москву. В остальные дни проходят пресс-конференции, круглые столы с участием федеральных и региональных представителей органов власти. И, если после такого рейса в каждом городе хотя бы один человек задумается о своем здоровье, другой пойдет в спортзал, а третий бросит курить, я считаю, наша миссия должна продолжаться.
Е. С.: Вы стали вдохновителем национального общественного проекта «Россия без табака». Как вы думаете, что надо сделать, чтобы в сознании людей произошел переворот?
Л. Б.: Я считаю, что сознание формируется в семье. Лично я — уличный мальчик. Отца не стало, когда мне было всего три года, у мамы нас было трое, и ей приходилось работать буквально день и ночь. Но она не забывала мне многократно в течение дня напоминать: курить — некрасиво, пить — нельзя, сквернословить — плохо. И это возымело свое действие. Считаю, ставку нужно делать на семью и общество, которое формирует определенные ценностные ориентиры. Мировой опыт показывает, что запретительные меры — крайне необходимое, но недостаточное условие для борьбы с курением. Важно, чтобы в семье, обществе, особенно в молодежной среде сформировалось отрицательное отношение к этой вредной привычке. Необходимо создавать национальную программу борьбы с табаком, применять административный ресурс, который бы работал. Как в Нью-Йорке — если вы закурите на улице, вас оштрафуют на круглую сумму. Поэтому курящих людей там не увидеть.
Е. С.: Медицина может повлиять на отношение человека к собственному здоровью?
Л. Б.: Медицина здорового образа жизни у нас занимает не более 15 %. Поэтому медицинская культура нашего населения невероятно низкая, она не выдерживает никакой критики. В Америке, к примеру, есть несколько телевизионных каналов, полностью посвященных новым методам лечения. Их смотрят и врачи, и пациенты, которые хотят получать информацию о здоровье. У нас же нет ни одного такого канала! И потому 60 % людей, которых не удовлетворила поликлиника, идут к знахарям, вместо того чтобы обратиться в городскую или региональную больницу. Надеюсь, что на ситуацию может серьезно повлиять созданный Департамент здорового образа жизни Минздравсоцразвития. В его планах — открытие по всей стране профильных центров здоровья на каждые 200 000 человек.
Е. С.: Лео Антонович, как вы оцениваете современную кардиохирургию нашей страны?
Л. Б.: Десять лет назад ситуация была критической. Сегодня положение значительно изменилось. Кардиохирурги с мировым именем говорят: учиться хирургии врожденных пороков сердца надо не в Бостоне, а в Москве, потому что гигантская практика и высокие результаты. И это на самом деле так. В стране открыто 80 кардиохирургических центров, и я могу с уверенностью сказать, что там работают специалисты высокого уровня. Филиал нашего кардиологического центра в Перми в прошлом году провел 3000 операций на открытом сердце. Это больше, чем любая клиника в Европе. А вместе с нашим центром — мы ведь один институт — 7500! Причем у нас делают все виды операций, и, если сравнить результаты нескольких российских клиник, они существенно выше, чем данные Европы и Америки.
Е. С.: В последние годы растет число новорожденных с пороком сердца. В чем причина детских патологий?
Л. Б.: Основной причиной мы считаем инфекционные заболевания матери в первой половине беременности, особенно простуды в первом триместре. Есть генетически наследуемые пороки, но их очень мало. К тому же личная гигиена наших женщин, к сожалению, находится на очень низком уровне. Они дарят своим будущим детям цитомегаловирус, а это крайне отрицательный фактор в судьбе ребенка.
Е. С.: Лео Антонович, какой вы представляете кардиохирургию следующего десятилетия?
Л. Б.: Недавно проходила большая международная конференция «Креативная кардиология». Были изучены новые подходы, решения в диагностике и лечении больных кардиологического профиля, которые, конечно, будут совершенствоваться. Также в ближайшее время установится паритет методов кардиологии и кардиохирургии, что позволит не запускать болезнь и своевременно оперировать больного. Хочется надеяться, что очень скоро при лечении сердечно-сосудистых заболеваний будут использовать клеточные технологии. В детской кардиохирургии использование после операции стволовых клеток позволит восстановить разрушенные кровеносные сосуды и полностью вылечить ребенка. В перспективе, возможно, те же технологии удастся применять и у взрослых, которые перенесли инфаркты.
Е. С.: Бывают ли случаи, когда кардиохирурги отказываются оперировать, потому что считают заболевание неизлечимым?
Л. Б.: Любое сердечно-сосудистое заболевание излечимо. Любое! Последняя мера — трансплантация сердца — дает человеку шанс прожить после операции еще 20 лет. Благодаря внедрению мини-инвазивных методов резко сократился процент послеоперационных осложнений как у детей, так и у взрослых.
