Почему поколение миллениалов оказалось поколением хронической финансовой тревоги? Даже стабильная работа, накопления и собственное жилье нередко не избавляют людей 30-45 лет от ощущения, что завтра все может рухнуть. Откуда берется этот страх, почему он заставляет много работать и как связан с детским опытом?
Дмитрий Спицын, врач-психиатр, психотерапевт Центра аппаратной психотерапии и нейромодуляции «КАБИНЕТ»
Если поизучать соцсети миллениалов, можно заметить повторяющиеся сценарии: одни обсуждают, как собрать финансовую подушку на год вперед, другие переживают, что в тридцать пять еще не купили квартиру, а третьи при этом работают сразу в двух местах, хотя объективной необходимости в этом давно нет. И почти каждый второй говорит о выгорании, но мысль взять паузу в карьере вызывает не облегчение, а тревогу.
Со стороны это выглядит как одержимость успешным успехом, однако на самом деле чаще всего речь идет совсем о другом. Для многих миллениалов деньги стали синонимом эмоциональной безопасности. Вряд ли это поколение любит их и больше, чем все предыдущие. Скорее, оно сильнее других боится их потерять.
Причина кроется не только в личном опыте, но и в том времени, в котором росли сегодняшние тридцати- и сорокалетние. Это поколение застало экономические кризисы, девяностые, дефолты, увольнения родителей, бесконечные разговоры о том, что сейчас нужно потерпеть и неизвестно, что будет дальше. Даже если семья в итоге справилась, ребенок очень хорошо считывает эмоциональное состояние родителей.
Дети редко понимают, сколько именно денег не хватает их семье, зато прекрасно замечают, что мама вдруг перестала покупать себе вещи, папа стал раздражительным, а дома все чаще звучат разговоры о том, что сейчас тяжелые времена.
Для детской психики этого более чем достаточно, и затем уже во взрослом возрасте человек может жить в совершенно другой реальности: иметь хорошую работу, стабильный доход, серьезные накопления, возможность путешествовать, но при этом оставаться в ощущении тотальной небезопасности.
На консультациях от пациентов иногда это звучит очень неожиданно: «Я понимаю, что у меня все нормально, но мне постоянно кажется, что завтра все рухнет». Именно это противоречие зачастую и становится главным источником внутреннего напряжения. Разум говорит, что поводов для паники нет, а организм продолжает жить так, словно опасность совсем рядом.
Парадокс в том, что страх остаться в нищете редко выглядит как боязнь бедности. Он маскируется под трудоголизм, невозможность отказаться от новой работы, чувство вины за отдых, желание постоянно иметь запасной план или привычку проверять банковское приложение по несколько раз в день.Со стороны такого человека обычно называют очень ответственным. Его ценят на работе, он никогда не срывает сроки, редко болеет и всегда готов взять дополнительный проект. Только сам он далеко не всегда получает удовольствие от этой безумной гонки. Очень часто такие люди перерабатывают не потому, что хотят большего, а из-за того, что боятся однажды потерять все.
Есть и еще одна особенность, которую можно заметит именно у миллениалов. Им невероятно сложно почувствовать, что они сделали достаточно. Получили повышение? Отлично! Но через неделю появляется мысль, что этого мало и вообще они не заслужили.
Собрали финансовую подушку? Только вот теперь кажется, что она должна быть в два раза больше. Купили квартиру? И вместе с ней появилась бесконечная тревога из-за ипотеки. Закрыли ипотеку? Возник страх потерять источник дохода. Так психика пытается найти абсолютную безопасность, только проблема только в том, что никакой абсолютной безопасности не существует.Последние несколько лет лишь усилили это ощущение. Пандемия, экономическая нестабильность, резкие изменения привычной жизни еще раз напомнили многим людям о том, насколько быстро могут меняться обстоятельства. Для поколения, которое и без того выросло в атмосфере неопределенности, это стало подтверждением укоренившегося в сознании убеждения: расслабляться нельзя.
Конечно, будет ошибкой сказать, что все миллениалы одинаковые. На отношение к деньгам также влияют: семья, личный опыт, особенности характера и общий уровень тревожности. Однако определенная закономерность действительно прослеживается.
Многие представители этого поколения живут так, словно финансовая катастрофа не просто возможна, а практически неизбежна. И главная задача в такой ситуации для них состоит лишь в том, чтобы подготовиться к ней лучше остальных.
Три модели счастья: почему миллениалы выгорают, зумеры бунтуют, а альфа выбирают себя
Удивительно, но подобное мышление в некоторых случаях действительно помогает добиться успеха. Такие люди умеют планировать, брать ответственность, думать на несколько шагов вперед. Только одновременно с этим почти никто из них не чувствует удовлетворенности собственной жизнью.
Где-то на подкорке всегда остается мысль, что нужно заработать еще немного, и еще чуть-чуть отложить, и капельку потерпеть – и только потом, когда-нибудь, можно будет спокойно пожить. Очевидно, что это «потом» почти никогда не наступает.
В психотерапии мы нередко сталкиваемся с тем, что человеку на самом деле нужны не новые способы заработать, а возможность почувствовать внутреннюю опору, которая не зависит от суммы на счете. Потому что ощущение безопасности рождается не только из цифр в банковском приложении. Оно появляется тогда, когда психика перестает жить в режиме постоянного ожидания катастрофы.Наверное, именно в этом и заключается главная проблема многих миллениалов: они прекрасно научились выживать, но почему-то все еще не умеют просто жить.
